Читать книги онлайн Страница 2893

Время действия — современная Москва.Четверо друзей становятся героями замысловатых любовных историй, каждая из которых — путь познания женщины мужчиной, мужчины женщиной, женщины женщиной…

Чешский писатель и поэт Людвик Ашкенази (1921–1986) по-русски был издан единожды — в 1967 году. В мире он более всего известен как детский автор (даже премирован Государственной премией ФРГ за лучшую детскую книгу). В наше издание вошли повести и рассказы без «возрастного ценза» — они адресованы всем, достаточно взрослым, чтобы читать про любовь и войну, но ещё недостаточно старым, чтобы сказать: «Я всё это и без того знаю».

"Эта пьеса была написана в восхваление Яна Шванкмайера, художника-мультипликатора из Праги, и его фильма "Алиса"."

Все герои этой книги живут в расположенном в небольшом немецком городке пансионе, принадлежащем пожилой даме, фрау Шульце. Квартиранты – все без исключения выходцы с Украины (вот такая у хозяйки прихоть) – между собой практически не общаются, и потому их истории почти не пересекаются, разворачиваясь каждая сама по себе. Общим, кроме места проживания, для них является одно – все они упорно пытаются казаться не теми, кем являются на самом деле.А за всеми своими постояльцами наблюдает хозяйка пансиона, знающая о них гораздо больше, чем они о себе. И это не простое любопытство, ведь из них ей нужно выбрать лишь одного – того, кто расшифрует для нее письмо из далекого прошлого…

Роман «Запах шахмат» – это сильный интеллектуальный детектив, отражающий любовь автора не только к литературе, но и к живописи. Все герои романа носят имена знаменитых художников. В этом заключен необычный способ освоения литературой смежных культурных пластов. Острый сюжет – криминальное наследство, опасности таинственного Тренинга – делает «Запах шахмат» захватывающим чтением. В 2000 году роман вошел в шорт-лист премии «Дебют» по номинации «Крупная проза».

Когда Пола Остера спросили о том, кто, по его мнению, может быть назван идеальным рассказчиком, писатель ответил: «Это безвестные мужчины и женщины — творцы сказочных историй, которые мы по сей день рассказываем друг другу, это создатели «Тысячи и одной ночи» и европейских волшебных сказок. Я говорю обо всей традиции устного творчества, появившейся с того момента, когда человек научился говорить. Именно она является для меня неиссякаемым источником вдохновения». Все книги Пола Остера, к какому бы периоду они ни принадлежали, обладают одной яркой особенностью, которую можно назвать — волшебством рассказа. Именно рассказа, устного жанра — Остера можно читать вслух, можно читать на ночь вместо сказки. Его рассказчик (Остер всегда предпочитает повествование от первого лица) будет говорить о чем угодно — о быте, о волшебстве, о любви, — и даже банальное со стороны содержание не будет казаться плоским.

Джейн Альперт родилась в 1947 году в Форест Хиллсе, щтат Нью-Йорк, в семье, принадлежащей к обыкновенному среднему классу. В школе училась успешно, в колледже специализировалась по классической литературе, работала в издательстве.В 1968 году президентом был избран Ричард Никсон. Джейн Альперт к этому времени уже стала частью того, что получило название Движения. Некоторые из участников Движения оставались убежденными пацифистами, сторонниками ненасильственных действий, несмотря на бомбы, падавшие на Вьетнам. Иные же приходили к выводу, что протест должен носить более активный характер.Кем были люди Движения, что случилось с ними, во что они превратились? Шестидесятые годы стали историей — недавней, но все же историей. Не зная этой истории, сегодняшний день Америки не понять.«Когда я сегодня оглядываюсь назад, — говорит Альперт, — мне кажется, что это не про меня, что это про некоего малознакомого мне романтика, просмотревшего слишком много фильмов. Да неужели это мы пытались вести в городах „партизанскую войну“, неужели это мы хотели свергнуть правительство?»Ответом могут служить шрамы, оставшиеся на зданиях корпораций, правительственных и военных учреждений, — в 69-70-м бомбы взрывались почти каждый день. И хотя ущерб, нанесенный этими взрывами, был не так уж велик, они дали ФБР повод преследовать участников Движения, открыто нарушая все конституционные права. Многие из «леваков» провели годы в тюрьме, многие, перейдя на нелегальное положение, стали беженцами в своей собственной стране.«Возможно, мои друзья и я, мы были слишком наивны, — говорит Джейн Альперт. — Но мы не были какой-то изолированной от общества группкой безумцев. Моя история — она очень личная, но это история моего времени».

Рассказ опубликован в журнале "Иностранная литература" № 5, 1990Из рубрики "Авторы этого номера"...Рассказ «Вот такой конец войны» издан в ФРГ отдельной книгой в 1984 г. («Ein Kriegsende». Hamburg, Hoffmann und Campe, 1984).

Выдох. Перестук каблуков. Быстрый взгляд, брошенный так, что и не поймать, — это обычный ритм Таниной жизни. Все или ничего, любить или ненавидеть — яростно стучит в ее крови, закипающей, когда рядом он — ее муж, ее возлюбленный, ее враг.Они кружат друг вокруг друга в сумасшедшем ритме смертельного танца и, глядя в глаза партнеру, видят там только свое отражение. Они истязают себя любовью и ненавистью, ведь вся их жизнь — это страстный танец, это коррида. Только вот кто из них матадор, а кто бык?..

Семь повестей Сергея Антонова, объединенных в сборнике, — «Лена», «Поддубенские частушки», «Дело было в Пенькове», «Тетя Луша», «Аленка», «Петрович» и «Разорванный рубль», — представляют собой как бы отдельные главы единого повествования о жизни сельской молодежи, начиная от первых послевоенных лет до нашего времени. Для настоящего издания повести заново выправлены автором.

Бунт Гарри, заведомо обреченный, завершился, разумеется, разгромным поражением.Гарри проиграл войну с миром, где простые радости бытия душат всякую попытку обрести свободу и независимость?Или только теперь ему предстоит понять, что в пылу бунтарского ниспровержения основ он совершенно забыл о нормальных человеческих ценностях?Пока Гарри, упивающийся собственным унижением, боится задавать себе эти вопросы. Но рано или поздно ему придется взглянуть в лицо реальности…

Славик принадлежал к той категории населения, для которой рекламки возле метро уже не предназначались. Бойкие девушки и юноши протягивали направо-налево листочки с информацией об услугах и товарах, но Славика упорно игнорировали. Точно он был невидимкой. Ничего странного для Славика в этом не было. Он знал, что лично его – нет. И не обижался…

Первая повесть Владимира Корнилова «Без рук, без ног» (1965) — о том, как три летних дня 1945 переворачивают жизнь московского подростка, доводя его до попытки самоубийстваПовесть была сразу отвергнута редакцией «Нового мира» и была опубликована в 1974–75 в легендарном журнале Владимира Максимова «Континент» и переведена на ряд иностранных языков.

Всю свою жизнь он просил доказательств любви отца. Их отношения складывались трудно, их любовь может понять только тот, кто прежде мог найти в себе мужество ненавидеть. Это истинная, выстраданная, с трудом добытая, отвоеванная любовь. Новый роман Фабио Воло – очередное подтверждение его таланта рассказчика, за который его полюбили миллионы читателей. Его герои ищут себя и ищут друг друга, ошибаются, влюбляются, расстаются, но в конце концов всегда находят то, что делает их счастливыми.

После долгой отсидки в родной городок возвращается Андрей Куров. Тюрьма сильно покалечила его - он зол на весь мир, верит только в силу собственного кулака и мечтает о красивой жизни. Но получить заветные пачки денег может помочь только его собственный сын - забитый и болезненный Ваня. Сын, жизнь которого Куров способен поставить на карту ради заветной цели.И как быть, если в преступные планы вклинивается робкая любовь между отцом и сыном? Любовь, которая сильнее всего, даже тюремных решеток

Дмитрий Александрович Пригов (1940–2007) — известный поэт и художник, лидер и теоретик концептуализма, лауреат Пушкинской премии (1993), автор многих, ставших хрестоматийными авангардистских текстов. Эта книга является второй частью задуманной трилогии (первая — «Живите в Москве» — вышла в издательстве «Новое литературное обозрение» в 2000 г.). Перед читателем жанр записок путешественника, рассказывающих о пребывании автора в Японии. Повествование причудливо сочетает этнографические подробности с фантастикой, обстоятельное и достоверное описание быта жителей Японии с гротеском.